Маштоц Генри
В основе его подхода лежит требование к честности — перед собой, перед зрителем и перед самим содержанием работы. Для него важен не только образ, но и то внутреннее напряжение, которое остаётся в произведении после того, как форма уже завершена.
Живопись существует для него в едином внутреннем поле с музыкой, и написание музыки занимает в этом пространстве особое место. Музыкальное мышление — ритм, драматургия, пауза, напряжение и развитие — напрямую влияет на его визуальный язык. Фотография, путешествия, театральная среда, архитектура городов, личные переживания и наблюдение за человеческой природой становятся частью той же системы восприятия, где каждое впечатление способно трансформироваться в художественный материал.
Работа возникает в состоянии особой концентрации — под шум пустыни, в сопровождении музыки, в которой он слышит присутствие редкого, почти абсолютного таланта.
Материал для него принципиален так же, как и идея. Он использует высококачественный итальянский холст и масляные краски ведущих мировых производителей. Работы малого и среднего формата натянуты на цельный массив сейбы — сверхлёгкого тропического дерева с выразительной природной текстурой. Крупные полотна создаются на индивидуально изготовленных подрамниках с фанерным планшетом, обеспечивающим дополнительную устойчивость и защиту холста.
Для него живопись — это не только художественное высказывание, но и форма преодоления времени. Возможность оставить после себя след, в котором личное переживание становится частью более широкого пространства памяти, смысла и человеческого присутствия.
